Баннер ФЗ-54
24 апреля 2017, 00:00 4561 просмотр

«Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби»

Эльвиры Агурбаш В начале апреля на всю страну прогремело выступление первого вице-президента агропромышленного комплекса «Мортадель» Эльвиры Агурбаш, которая во всех красках рассказала о том, как торговые сети наживаются на населении во время кризиса. «Реальное время» побеседовало с Эльвирой Калметовной и узнало, насколько неадекватную наценку устанавливают сети, какие участники рынка особо свирепствуют, кто победит в войне между производителем и продавцом и насколько опасна для российской экономики та власть, которой сейчас обладают иностранные сети.

«Когда мы за 6 дней отгружали 44 фуры шашлыка, я вместе со всеми стояла по 8 часов и крошила этот шашлык»

— Эльвира Калметовна, расскажите, как вы пришли в бизнес и когда возглавили компанию «Мортадель»?

— Я родилась в Джамбуле — это юг Казахстана, а высшее юридическое образование получила в Москве. После окончания обучения была младшим научным сотрудником по разработке законодательства в области атомной энергетики в НИИ «Атоминформ». Позже у меня появились дети, и свое время я посвящала им.

После перерыва я начала работать в крупной компании «Mercury» — курировала открытие бутиков. Также я была руководителем отдела маркетинга в мясоперерабатывающей промышленности, была коммерческим директором на мясоперерабатывающем заводе и сейчас я первый вице-президент агропромышленного комплекса «Мортадель». Мой супруг — владелец комплекса, но он занимается более масштабными вопросами, а всей операционной деятельностью занимаюсь я.

Очень часто у людей возникают неверные предположения на этот счет. Однако мой личный сотовый номер на нашем предприятии знают все, начиная от уборщицы и заканчивая руководителями подразделений. Моя приемная всегда открыта для всех сотрудников. Я знаю, на каком оборудовании, на какой упаковочной машине сколько должно стоять людей. Когда у нас были большие объемы, я вместе со всеми надевала валенки, халат, перчатки, шапочку и работала. Когда мы за 6 дней отгружали компании «Дикси» 44 фуры шашлыка, я вместе со всеми стояла по 8 часов и крошила этот шашлык. Никогда в жизни ни один мой сотрудник не скажет, что я какой-то незримый генеральный директор. Я в курсе всего того, что происходит на нашем заводе.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

— Мощным инфоповодом для российской прессы стало ваше выступление на парламентских слушаниях. Почему вы решил поднять эту тему? Стала ли для вас катализатором ситуация с «Дикси»?

— Как и большинство производителей, я долгое время молчала, боясь потерять торговую полку. Дело в том, что многим сегодня буквально приходится выживать и работать хотя бы ради денежной массы, чтобы не остановить производство. В противном случае мы увеличим свои долги, не сможем рассчитаться по заработным платам, налогам и так далее.

Но примерно в феврале 2017 года я прочитала в новостях о том, что президент России поставил задачу перед экономическим блоком — усилить темпы роста реальных доходов россиян, причем при помощи поддержки сельхозпроизводителей и пищевой промышленности. В тот момент я поняла, что в стране есть хотя бы один человек, которому это не безразлично, и вместе с тем я поняла, что иду в ногу с политикой нашего государства. И после этого я написала письмо в компанию «Дикси» господину Белякову, и это письмо попало в распоряжение СМИ.

Это было не первое мое обращение — в течение трех лет я писала письма в торговые сети, и в «Дикси» в том числе, а прежде чем мы подали иск, у нас прошло много встреч, на которых мы пытались решить этот вопрос в рамках партнерских, договорных отношений. К сожалению, нас не услышали — торговые сети были уверены, что производители будут молчать. Банкротиться, но молчать.

В своем письме к одной из компаний я попросила вернуть нашей компании 47 миллионов 360 тысяч рублей, которые они взяли с нас за услугу «Статистика динамики продаж продукции заказчика» — нас просто в ультимативной форме заставили это подписать, не предоставив услугу. Во-вторых, я попросила вернуть 57 миллионов рублей, которые у нас взяли: производителем была дана скидка «офф инвойс», а когда акция закончилась, нам выставили счет на эту сумму. Мы, в свою очередь, запросили кассовую отчетность, которую они не смогли подтвердить — мы не знаем, дошла ли эта скидка и была ли она вообще. И опять же нам поставили ультиматум — либо мы оплачиваем, либо нас выбрасывают с полки.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

В случае со скидками наглость дошла до того, что они начали отгружать нашу продукцию по акционной цене так, что 90% нашей продукции каждый месяц мы отгружали за полцены. Как только мы начинали возмущаться, нам говорили: «Уходите».

И мы не имеем права ничего у них запрашивать. Даже когда мы подписываем договора с торговыми сетями, нам никогда не удается подписать протокол разногласий — все делается в одностороннем порядке.

«Вся пищевая и продовольственная безопасность страны будет в руках у крупного ретейла»

— О равном положении тут явно не идет речи…

— Знаете, в 2011 году порядка 50—60% у нас составляла несетевая розница, а сегодня если от нее осталось 15%, то это уже хорошо. Мелкая розница на сегодняшний день полностью уничтожена. Когда крупный ретейл пришел на рынок, он дал хороший демпинг цен, и давал он его за счет производителя. А после того как была уничтожена вся розница, они стали грабить производителей.

Еще один любопытный момент: как вы думаете, зачем торговым сетям собственная торговая марка? Торговая наценка у них там самая минимальная, у них нет производства… Сегодня торговые сети параллельно раскручивают собственные бренды, заставляя производителя уложиться в минимальную стоимость продукции. Так как производство сегодня «загнулось», громадные заводы с великой историей, с культурой производства, в погоне за денежной массой соглашаются на такие условия.

Мощности тех производителей, которые уже совсем выдыхаются, за бесценок скупят торговые сети. Самых крупных производителей они пока не трогают, потому что если они восстанут, то государство их сразу услышит, так что пока они дают им объем, тихо уничтожая всех мелких и средних производителей.

К тому моменту, когда они скупят заводы, у них уже будет собственная раскрученная марка, а затем они начнут сами производить продукцию, а когда они смогут сами заполнять свои полки, они начнут уничтожать крупных производителей. Вся пищевая и продовольственная безопасность страны будет в руках у крупного ретейла.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

— В своем выступлении вы призывали покончить с творящимся беспределом. А что именно сейчас происходит с сетями и наценкой — о каких процентах идет речь?

— Крупные торговые сети делают высокую наценку, никто не ставит 30—50%. Когда громадное количество магазинов, их очень сложно контролировать — идут громадные издержки. И когда открывают новые супермаркеты, то все это потом окупается за счет покупателей и производителей.

Например, мы отпускаем в компанию на акцию сосиски «Парные» за полкилограмма 58,10 рублей с НДС, причем ниже себестоимости — мы инвестируем в стоимость, чтобы покупатель попробовал, стал более лоялен к нашей продукции и покупал ее в дальнейшем. Знаете, своего рода дегустация за полцены. Но торговая сеть «Дикси» закупает за две недели эту продукцию до фактической акции и ставит на нее 201% торговой наценки. Могу привести вам конкретный пример за февраль (мы все это сравниваем — у нас есть отпускные накладные, есть кассовые чеки из магазинов): сервелат «Зернистый» за 450 грамм наша отпускная цена составила 74,12 руб. с НДС на акцию, а на полке эта колбаса стоила 222 руб. — наценка 200%.

Наша компания в последний раз повышала цены в феврале 2015 года. Мы точно так же платим за электроэнергию, газ, у нас есть кредиты, у нас идет мясопереработка, мы выращиваем пшеницу, и при этом мы поднимали цены в феврале 2015 года. Говорят, что в аду можно счастливо жить, если ты сам черт, но нам не позволяет совесть сейчас, в условиях кризиса, обдирать наших покупателей, однако все наши посылы пожираются торговыми сетями.

«На сигаретах пишут: «рекомендуемая цена». а почему я на своих сосисках не могу написать то же самое?»

— До чего ваше предприятие довела такая жесткая сетевая политика?

— Мы, может быть, и давали бы себя и дальше, извините за выражение, «доить», но нам уже не из чего давать. За 5 лет наше предприятие выплатило всех ретро-бонусов, маркетингов, премий на 1 млрд 100 млн рублей, в то время, как налоговые отчисления за этот период составили 940 млн рублей. Государству мы отдали меньше, чем торговым сетям. Это обернулось тем, что в 2015 году мы были вынуждены расстаться с 600 сотрудниками, средняя заработная плата на нашем предприятии снизилась в 2016 году на 39%, отчисления в федеральный бюджет также сократились.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

Знаете, локомотив экономики — это торговля, а центром ее является производство. Если у меня завтра поступит на 500 тонн больше заказов, то я, естественно, буду закупать сырье, а так как импортная составляющая в нашей продукции составляет только 18—20%, то мы будем закупаться у наших поставщиков. Они, в свою очередь, тоже начнут активно работать — видите, начинает крутиться жизнь. Я, в свою очередь, покупаю больше топлива, нанимаю больше транспорта, больше людей, которые получат больше денег за большее количество рабочих часов. Мой сотрудник получит зарплату на 5—10 тысяч больше, а потом пойдет в магазин и купит на эти деньги еду. У торговой сети пойдет оборот, и она будет больше заказывать. Когда у нашего сотрудника будет на 20 тыс. рублей выше зарплата, он пойдет уже за техникой для дома, а со временем и в банк, который, в свою очередь, начнет инвестировать в производство.

Но на сегодняшний день производители предоставлены сами себе. Что у нас происходит, какие у нас проблемы — это никого не интересует. И мы своими силами стараемся поддерживать тех людей, которые у нас работают, несмотря на то, что мы — завод, который едва стоит на ногах. Мы обеспечиваем людям бесплатный обед, завтрак, оплачиваем полноценные больничные, отпускные, пытаемся помочь оплатить летние лагеря для детей…

Мы пережили столько кризисов — нам 26 лет скоро, но кризис, который вызван именно торговыми сетями, дается нам безумно тяжело — ценой рабочих мест, падением заработных плат, падением всей экономики.

— Новые законы как бы должны были ограничивать засилье сетей (есть доля доминирования на рынке, борьба с бонусами, маркетинговыми расходами) или это непобедимо?

— Эффективность можно продемонстрировать на простом примере. Образно, наша колбаса отпускалась по 100 рублей, в этой колбасе лежало 17% всех поборов, которые торговая сеть с нас брала (10% премии раньше было, маркетинги, услуги). Мы дали цену 100 рублей и в нее заложили 17%. После этого сеть нам заявляет: «Теперь будет не 17% — прибавьте еще 13%», итого 30% составит бэк-маржа. Получается, что мы уже на 13% залезли в свою маржинальность. После того, как закон вступает в силу, нам торговые сети говорят: «Так как вы сейчас не будете платить маркетинги и бонусы, снижайте со своей цены эту бэк-маржу». И с наших первоначальных 100 рублей отпускная цена остается уже 70 рублей. А далее с 70 рублей мы даем скидку 30—50%.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

Да, мы не платим коммерческие условия — бэк-маржу, но это и раньше были не наши деньги. Просто для государства прозрачность появилась. Если бы торговым сетям запретили с нас снимать эту бэк-маржу, то это было бы совсем другое дело. Вы знаете, на сигаретах пишут: «Рекомендуемая цена». А почему я на своих сосисках не могу написать то же самое? Покупатель, который придет их покупать, будет понимать, что в этом магазине слишком высокая наценка, и он будет голосовать своим рублем.

И на сегодняшний день у нас нет органа, который бы от производителя и до потребителя эту систему очень жестко контролировал. Все постоянно ссылаются на ФАС, но, похоже, мало кто замечает, что у нас есть налоговая инспекция, которая берет любую услугу и смотрит, как ее предоставила торговая сеть, выясняет, каким образом на две бумажки 47 млн рублей ушло. После этого подключается генеральная прокуратура, и заводятся уголовные дела.

«Так легко расшатать экономическую ситуацию, особенно учитывая то, что сети в основе своей иностранные»

— Как вы относитесь к акциям «Покупай татарстанское, нижегородское, ивановское и так далее»? Насколько это эффективно?

— Давайте представим, что в одном районе находятся два-три производителя. Если только губернатор вызовет сети, и пока они там строятся, в ультимативной форме поставит перед ними задачу «покупай только ивановское, владимирское и так далее», то это ничего не решит. Понимаете, отношения уже давно вышли за рамки двух хозяйствующих субъектов. Производитель все равно идет разговаривать один на один с ретейлом. Это нужно решать на уровне законодательства, и нужно обязательно привлекать налоговую службу.

— На ваш взгляд, кто победит в войне — производитель или продавец? И какой сейчас счет?

— Сегодня производители практически уничтожены. Сейчас у владельцев торговых сетей громадные обороты, и сильное финансовое лобби только у них. Но есть решение. Есть мониторинговая группа «Честная цена» под руководством Ирины Яровой и Сергея Лисовского, которые делают со своей стороны все, чтобы внести поправки в закон, чтобы интересы производителей не ущемлялись.

Но я считаю, что без вмешательства президента не обойтись. Необходимы жесткие решения: к примеру, ограничение торговой наценки (пусть это будет 40—50%). Когда в сетях будет такая наценка, тогда своим мастерством будут конкурировать уже производители — у кого продукт вкуснее, кто даст цену пониже. Нужно отменить все премии — зачем торговым сетям эти 5—10%? Надо сделать так, чтобы мы дали 100 рублей, они поставили свою наценку и торговали — зачем здесь какие-то премии?

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

— Какой эффект произвело ваше выступление — появился ли уже какой-то положительный тренд?

— Вы знаете, огромное количество производителей стали мне звонить и писать, начали поступать предложения об объединении. Многие производители ранее совсем не знали своих прав. Сейчас же мы начали советоваться друг с другом, согласовываем юридические вопросы. Многие производители спрашивают, чем они могут поддержать меня. Есть производители, которые начали говорить вслед за нами.

Я точно знаю, что сейчас более оперативно будут разрабатываться поправки, дабы вынести их на осеннюю сессию. Я знаю, что сегодня топ-менеджеры крупнейших торговых сетей хоть как-то всколыхнулись (многие из них даже не ведали, что творится). И я точно знаю, что сейчас нас услышало государство.

Государство не повышало цены. Да, есть ползущие цены на свет и газ, да, есть ползущие цены на топливо, но я 2,5 года не повышаю цены. Почему торговая полка регулирует, устанавливает среднюю цену и вообще всю экономику?

Поймите, самое страшное — когда народ голодный — и неприлично растут цены на еду. И это сейчас в руках у торговых сетей. Так легко расшатать экономическую ситуацию, особенно учитывая то, что сети в основе своей иностранные — 100% иностранный капитал. Буквально государство в государстве.

Лина Саримова

Источник: www.dairynews.ru

Источник фотографий: www.dairynews.ru

Статья относится к тематикам: Retail, Бизнес мнения, Маркетинг и экономика торговли
Поделиться публикацией:
Что пришлось изменить в сети, чтобы она продолжала...
4029
Как обмен информацией принес выгоду ритейлеру и по...
1172
О запуске нового розничного проекта HomeMarket
1269
Андрей Филимонов, ГК «Лето», о том, от чего зависи...
2211
Торговый зал — лишь небольшая часть бизнеса. Наш м...
2332
Идея важнее денег, а покупатель - Бог
5748
Опыт использования системы Jungheinrich ISM Online...
354
Как запускался новый офлайн-магазин и как тестиров...
551

Эльвиры Агурбаш В начале апреля на всю страну прогремело выступление первого вице-президента агропромышленного комплекса «Мортадель» Эльвиры Агурбаш, которая во всех красках рассказала о том, как торговые сети наживаются на населении во время кризиса. «Реальное время» побеседовало с Эльвирой Калметовной и узнало, насколько неадекватную наценку устанавливают сети, какие участники рынка особо свирепствуют, кто победит в войне между производителем и продавцом и насколько опасна для российской экономики та власть, которой сейчас обладают иностранные сети.

«Когда мы за 6 дней отгружали 44 фуры шашлыка, я вместе со всеми стояла по 8 часов и крошила этот шашлык»

— Эльвира Калметовна, расскажите, как вы пришли в бизнес и когда возглавили компанию «Мортадель»?

— Я родилась в Джамбуле — это юг Казахстана, а высшее юридическое образование получила в Москве. После окончания обучения была младшим научным сотрудником по разработке законодательства в области атомной энергетики в НИИ «Атоминформ». Позже у меня появились дети, и свое время я посвящала им.

После перерыва я начала работать в крупной компании «Mercury» — курировала открытие бутиков. Также я была руководителем отдела маркетинга в мясоперерабатывающей промышленности, была коммерческим директором на мясоперерабатывающем заводе и сейчас я первый вице-президент агропромышленного комплекса «Мортадель». Мой супруг — владелец комплекса, но он занимается более масштабными вопросами, а всей операционной деятельностью занимаюсь я.

Очень часто у людей возникают неверные предположения на этот счет. Однако мой личный сотовый номер на нашем предприятии знают все, начиная от уборщицы и заканчивая руководителями подразделений. Моя приемная всегда открыта для всех сотрудников. Я знаю, на каком оборудовании, на какой упаковочной машине сколько должно стоять людей. Когда у нас были большие объемы, я вместе со всеми надевала валенки, халат, перчатки, шапочку и работала. Когда мы за 6 дней отгружали компании «Дикси» 44 фуры шашлыка, я вместе со всеми стояла по 8 часов и крошила этот шашлык. Никогда в жизни ни один мой сотрудник не скажет, что я какой-то незримый генеральный директор. Я в курсе всего того, что происходит на нашем заводе.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

— Мощным инфоповодом для российской прессы стало ваше выступление на парламентских слушаниях. Почему вы решил поднять эту тему? Стала ли для вас катализатором ситуация с «Дикси»?

— Как и большинство производителей, я долгое время молчала, боясь потерять торговую полку. Дело в том, что многим сегодня буквально приходится выживать и работать хотя бы ради денежной массы, чтобы не остановить производство. В противном случае мы увеличим свои долги, не сможем рассчитаться по заработным платам, налогам и так далее.

Но примерно в феврале 2017 года я прочитала в новостях о том, что президент России поставил задачу перед экономическим блоком — усилить темпы роста реальных доходов россиян, причем при помощи поддержки сельхозпроизводителей и пищевой промышленности. В тот момент я поняла, что в стране есть хотя бы один человек, которому это не безразлично, и вместе с тем я поняла, что иду в ногу с политикой нашего государства. И после этого я написала письмо в компанию «Дикси» господину Белякову, и это письмо попало в распоряжение СМИ.

Это было не первое мое обращение — в течение трех лет я писала письма в торговые сети, и в «Дикси» в том числе, а прежде чем мы подали иск, у нас прошло много встреч, на которых мы пытались решить этот вопрос в рамках партнерских, договорных отношений. К сожалению, нас не услышали — торговые сети были уверены, что производители будут молчать. Банкротиться, но молчать.

В своем письме к одной из компаний я попросила вернуть нашей компании 47 миллионов 360 тысяч рублей, которые они взяли с нас за услугу «Статистика динамики продаж продукции заказчика» — нас просто в ультимативной форме заставили это подписать, не предоставив услугу. Во-вторых, я попросила вернуть 57 миллионов рублей, которые у нас взяли: производителем была дана скидка «офф инвойс», а когда акция закончилась, нам выставили счет на эту сумму. Мы, в свою очередь, запросили кассовую отчетность, которую они не смогли подтвердить — мы не знаем, дошла ли эта скидка и была ли она вообще. И опять же нам поставили ультиматум — либо мы оплачиваем, либо нас выбрасывают с полки.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

В случае со скидками наглость дошла до того, что они начали отгружать нашу продукцию по акционной цене так, что 90% нашей продукции каждый месяц мы отгружали за полцены. Как только мы начинали возмущаться, нам говорили: «Уходите».

И мы не имеем права ничего у них запрашивать. Даже когда мы подписываем договора с торговыми сетями, нам никогда не удается подписать протокол разногласий — все делается в одностороннем порядке.

«Вся пищевая и продовольственная безопасность страны будет в руках у крупного ретейла»

— О равном положении тут явно не идет речи…

— Знаете, в 2011 году порядка 50—60% у нас составляла несетевая розница, а сегодня если от нее осталось 15%, то это уже хорошо. Мелкая розница на сегодняшний день полностью уничтожена. Когда крупный ретейл пришел на рынок, он дал хороший демпинг цен, и давал он его за счет производителя. А после того как была уничтожена вся розница, они стали грабить производителей.

Еще один любопытный момент: как вы думаете, зачем торговым сетям собственная торговая марка? Торговая наценка у них там самая минимальная, у них нет производства… Сегодня торговые сети параллельно раскручивают собственные бренды, заставляя производителя уложиться в минимальную стоимость продукции. Так как производство сегодня «загнулось», громадные заводы с великой историей, с культурой производства, в погоне за денежной массой соглашаются на такие условия.

Мощности тех производителей, которые уже совсем выдыхаются, за бесценок скупят торговые сети. Самых крупных производителей они пока не трогают, потому что если они восстанут, то государство их сразу услышит, так что пока они дают им объем, тихо уничтожая всех мелких и средних производителей.

К тому моменту, когда они скупят заводы, у них уже будет собственная раскрученная марка, а затем они начнут сами производить продукцию, а когда они смогут сами заполнять свои полки, они начнут уничтожать крупных производителей. Вся пищевая и продовольственная безопасность страны будет в руках у крупного ретейла.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

— В своем выступлении вы призывали покончить с творящимся беспределом. А что именно сейчас происходит с сетями и наценкой — о каких процентах идет речь?

— Крупные торговые сети делают высокую наценку, никто не ставит 30—50%. Когда громадное количество магазинов, их очень сложно контролировать — идут громадные издержки. И когда открывают новые супермаркеты, то все это потом окупается за счет покупателей и производителей.

Например, мы отпускаем в компанию на акцию сосиски «Парные» за полкилограмма 58,10 рублей с НДС, причем ниже себестоимости — мы инвестируем в стоимость, чтобы покупатель попробовал, стал более лоялен к нашей продукции и покупал ее в дальнейшем. Знаете, своего рода дегустация за полцены. Но торговая сеть «Дикси» закупает за две недели эту продукцию до фактической акции и ставит на нее 201% торговой наценки. Могу привести вам конкретный пример за февраль (мы все это сравниваем — у нас есть отпускные накладные, есть кассовые чеки из магазинов): сервелат «Зернистый» за 450 грамм наша отпускная цена составила 74,12 руб. с НДС на акцию, а на полке эта колбаса стоила 222 руб. — наценка 200%.

Наша компания в последний раз повышала цены в феврале 2015 года. Мы точно так же платим за электроэнергию, газ, у нас есть кредиты, у нас идет мясопереработка, мы выращиваем пшеницу, и при этом мы поднимали цены в феврале 2015 года. Говорят, что в аду можно счастливо жить, если ты сам черт, но нам не позволяет совесть сейчас, в условиях кризиса, обдирать наших покупателей, однако все наши посылы пожираются торговыми сетями.

«На сигаретах пишут: «рекомендуемая цена». а почему я на своих сосисках не могу написать то же самое?»

— До чего ваше предприятие довела такая жесткая сетевая политика?

— Мы, может быть, и давали бы себя и дальше, извините за выражение, «доить», но нам уже не из чего давать. За 5 лет наше предприятие выплатило всех ретро-бонусов, маркетингов, премий на 1 млрд 100 млн рублей, в то время, как налоговые отчисления за этот период составили 940 млн рублей. Государству мы отдали меньше, чем торговым сетям. Это обернулось тем, что в 2015 году мы были вынуждены расстаться с 600 сотрудниками, средняя заработная плата на нашем предприятии снизилась в 2016 году на 39%, отчисления в федеральный бюджет также сократились.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

Знаете, локомотив экономики — это торговля, а центром ее является производство. Если у меня завтра поступит на 500 тонн больше заказов, то я, естественно, буду закупать сырье, а так как импортная составляющая в нашей продукции составляет только 18—20%, то мы будем закупаться у наших поставщиков. Они, в свою очередь, тоже начнут активно работать — видите, начинает крутиться жизнь. Я, в свою очередь, покупаю больше топлива, нанимаю больше транспорта, больше людей, которые получат больше денег за большее количество рабочих часов. Мой сотрудник получит зарплату на 5—10 тысяч больше, а потом пойдет в магазин и купит на эти деньги еду. У торговой сети пойдет оборот, и она будет больше заказывать. Когда у нашего сотрудника будет на 20 тыс. рублей выше зарплата, он пойдет уже за техникой для дома, а со временем и в банк, который, в свою очередь, начнет инвестировать в производство.

Но на сегодняшний день производители предоставлены сами себе. Что у нас происходит, какие у нас проблемы — это никого не интересует. И мы своими силами стараемся поддерживать тех людей, которые у нас работают, несмотря на то, что мы — завод, который едва стоит на ногах. Мы обеспечиваем людям бесплатный обед, завтрак, оплачиваем полноценные больничные, отпускные, пытаемся помочь оплатить летние лагеря для детей…

Мы пережили столько кризисов — нам 26 лет скоро, но кризис, который вызван именно торговыми сетями, дается нам безумно тяжело — ценой рабочих мест, падением заработных плат, падением всей экономики.

— Новые законы как бы должны были ограничивать засилье сетей (есть доля доминирования на рынке, борьба с бонусами, маркетинговыми расходами) или это непобедимо?

— Эффективность можно продемонстрировать на простом примере. Образно, наша колбаса отпускалась по 100 рублей, в этой колбасе лежало 17% всех поборов, которые торговая сеть с нас брала (10% премии раньше было, маркетинги, услуги). Мы дали цену 100 рублей и в нее заложили 17%. После этого сеть нам заявляет: «Теперь будет не 17% — прибавьте еще 13%», итого 30% составит бэк-маржа. Получается, что мы уже на 13% залезли в свою маржинальность. После того, как закон вступает в силу, нам торговые сети говорят: «Так как вы сейчас не будете платить маркетинги и бонусы, снижайте со своей цены эту бэк-маржу». И с наших первоначальных 100 рублей отпускная цена остается уже 70 рублей. А далее с 70 рублей мы даем скидку 30—50%.

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

Да, мы не платим коммерческие условия — бэк-маржу, но это и раньше были не наши деньги. Просто для государства прозрачность появилась. Если бы торговым сетям запретили с нас снимать эту бэк-маржу, то это было бы совсем другое дело. Вы знаете, на сигаретах пишут: «Рекомендуемая цена». А почему я на своих сосисках не могу написать то же самое? Покупатель, который придет их покупать, будет понимать, что в этом магазине слишком высокая наценка, и он будет голосовать своим рублем.

И на сегодняшний день у нас нет органа, который бы от производителя и до потребителя эту систему очень жестко контролировал. Все постоянно ссылаются на ФАС, но, похоже, мало кто замечает, что у нас есть налоговая инспекция, которая берет любую услугу и смотрит, как ее предоставила торговая сеть, выясняет, каким образом на две бумажки 47 млн рублей ушло. После этого подключается генеральная прокуратура, и заводятся уголовные дела.

«Так легко расшатать экономическую ситуацию, особенно учитывая то, что сети в основе своей иностранные»

— Как вы относитесь к акциям «Покупай татарстанское, нижегородское, ивановское и так далее»? Насколько это эффективно?

— Давайте представим, что в одном районе находятся два-три производителя. Если только губернатор вызовет сети, и пока они там строятся, в ультимативной форме поставит перед ними задачу «покупай только ивановское, владимирское и так далее», то это ничего не решит. Понимаете, отношения уже давно вышли за рамки двух хозяйствующих субъектов. Производитель все равно идет разговаривать один на один с ретейлом. Это нужно решать на уровне законодательства, и нужно обязательно привлекать налоговую службу.

— На ваш взгляд, кто победит в войне — производитель или продавец? И какой сейчас счет?

— Сегодня производители практически уничтожены. Сейчас у владельцев торговых сетей громадные обороты, и сильное финансовое лобби только у них. Но есть решение. Есть мониторинговая группа «Честная цена» под руководством Ирины Яровой и Сергея Лисовского, которые делают со своей стороны все, чтобы внести поправки в закон, чтобы интересы производителей не ущемлялись.

Но я считаю, что без вмешательства президента не обойтись. Необходимы жесткие решения: к примеру, ограничение торговой наценки (пусть это будет 40—50%). Когда в сетях будет такая наценка, тогда своим мастерством будут конкурировать уже производители — у кого продукт вкуснее, кто даст цену пониже. Нужно отменить все премии — зачем торговым сетям эти 5—10%? Надо сделать так, чтобы мы дали 100 рублей, они поставили свою наценку и торговали — зачем здесь какие-то премии?

Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби

— Какой эффект произвело ваше выступление — появился ли уже какой-то положительный тренд?

— Вы знаете, огромное количество производителей стали мне звонить и писать, начали поступать предложения об объединении. Многие производители ранее совсем не знали своих прав. Сейчас же мы начали советоваться друг с другом, согласовываем юридические вопросы. Многие производители спрашивают, чем они могут поддержать меня. Есть производители, которые начали говорить вслед за нами.

Я точно знаю, что сейчас более оперативно будут разрабатываться поправки, дабы вынести их на осеннюю сессию. Я знаю, что сегодня топ-менеджеры крупнейших торговых сетей хоть как-то всколыхнулись (многие из них даже не ведали, что творится). И я точно знаю, что сейчас нас услышало государство.

Государство не повышало цены. Да, есть ползущие цены на свет и газ, да, есть ползущие цены на топливо, но я 2,5 года не повышаю цены. Почему торговая полка регулирует, устанавливает среднюю цену и вообще всю экономику?

Поймите, самое страшное — когда народ голодный — и неприлично растут цены на еду. И это сейчас в руках у торговых сетей. Так легко расшатать экономическую ситуацию, особенно учитывая то, что сети в основе своей иностранные — 100% иностранный капитал. Буквально государство в государстве.

Лина Саримова

Источник: www.dairynews.ru

Источник фотографий: www.dairynews.ru

«Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби»Производители, владельцы, торговые сети, обороты, финансовое лобби
https://www.retail.ru/local/templates/retail/images/logo/login-retail-big.png 243 67
«Производители практически уничтожены, а у владельцев торговых сетей громадные обороты и финансовое лобби»
https://www.retail.ru/local/templates/retail/images/logo/login-retail-big.png 243 67
SITE_NAME https://www.retail.ru
https://www.retail.ru/interviews/142276/2017-09-22