27 августа 2014, 02:00 3424 просмотра

Время быстрых решений

Сегодня судьба бизнеса особенно сильно зависит от политических решений. Введение западных санкций против России и ответная реакция нашей страны, с одной стороны, создают проблемы для экономики, а, с другой стороны, открывают новые возможности для бизнеса. О том, как ими воспользоваться, «РГБ» рассказал президент Ассоциации менеджеров России Дмитрий Зеленин.#photo1#

Каковы реальные последствия западных санкций для российского бизнеса?

– Российские компании, входящие в состав Ассоциации менеджеров, реально ощутят на себе последствия введения санкций с определенной задержкой. Это связано и с очевидным увеличением стоимости капитала, в особенности для малого и среднего бизнеса, и накладывается на неблагоприятный контекст введения с начала следующего года налога с продаж и увеличения ставки рефинансирования ЦБ. Общий тон ожиданий у бизнеса, который скрывается за выверенными формулировками пресс-служб, нервозный. Очень смутными представляются перспективы привлечения прямых зарубежных инвестиций в таких условиях, а уровень оттока капитала, по предварительным данным платежного баланса, увеличился за первое полугодие 2014 года до 74,6 млрд долларов с 33,7 млрд за аналогичный период прошлого года. Таким образом, бегство капитала подскочило в 2,2 раза в годовом выражении.

Представители реального сектора, особенно предприятия двойного назначения, озабочены сейчас импортозамещением ключевых технологических процессов. Уровень интеграции западных технологий в секторах нефтегазодобычи, авиастроении и IT достаточно высок, чтобы сделать это одномоментно. Сфера телекоммуникаций также ищет подстраховку со стороны местных поставщиков либо азиатских вендоров, о чем уже заявили некоторые крупные игроки на рынке. В выигрыше те транснациональные корпорации, которые добились высокого уровня локализации и уже имеют производственные мощности на территории РФ. Негласный сигнал о смене курса на восток получили и строительные корпорации, которые зависели от поставок западного оборудования.

Наибольший же удар после введения санкций со стороны ЕС и США приняли на себя представители западных компаний. Для дочерних предприятий с зарубежным капиталом появился реальный риск попасть если не под санкции одного государства, то под ответные меры другого, причем риск тем выше, чем выше географическое представительство компании на разных континентах.

Какие возможности открываются перед российским бизнесом в связи с ограничениями импорта товаров из Европы?

Наибольшие шансы, как принято полагать, у производителей сельскохозяйственной и мясной продукции. Хотя и тут существуют свои «но». Крупные поставщики и сети привыкли работать с большими объемами. У них подчас отсутствуют компетенции и технологические возможности агрегации и длительного хранения мелких партий от отечественных фермеров с нестабильным уровнем качества. Риск в случае обнаружения недоброкачественного товара будет нести прежде всего торговая сеть. Поэтому можно ожидать автоматического «перевода рельсов» с европейского импорта на импорт латино-американский и азиатский. Дополнительные транспортные и накладные расходы придется нести конечному потребителю, а это аукнется разгоном инфляции, которая будет подогрета ожиданиями увеличения налогового бремени на бизнес и физических лиц.

Есть шанс у тех отечественных производителей, которые уже вышли или выходят на технологический уровень кооперации с восточными партнерами. Хотя и здесь статус Поднебесной, как «фабрики» Старого Света, не позволяет, по нашим оценкам, говорить о реальном трансфере технологий. Скорее, Китай и немногие другие положительно настроенные азиатские страны могут стать «палочкой-выручалочкой» в вопросах фондирования, участия в крупных инфраструктурных и транспортных проектах, которые затрагивают их собственные интересы. Малому или среднему бизнесу порог входа в Поднебесную не подъемен, а системы интеграции интересов мелких предпринимателей со стороны России пока не создано, в отличие от того же Китая, который быстро среагировал на образующуюся нишу по поставкам продовольственных товаров. К примеру, одна только лицензия на право ведения логистической деятельности в КНР – это 1 млн долларов, открытие представительства – еще 100 тыс. И это без учета найма грамотного управленческого персонала, который применительно к сложному китайскому рынку еще надо поискать.

Многое будет зависеть от позиции государства в вопросах поддержки тех отраслей, которые реально имеют шансы выжить. Наивно было бы полагать, что легкая промышленность получит второй шанс на реабилитацию. Однако в конкретных подотраслях, скажем, технического текстиля, российские производители еще могут коренным образом изменить ситуацию и занять достойную долю на рынке.

Свое влияние на ситуацию могут оказать и интеграционные процессы на пространстве СНГ, а также ведущиеся переговоры по зонам свободной торговли с Вьетнамом, Индией, Израилем и другими странами. Уже осязаемы перспективы вхождения Армении и Киргизии в Евразийский союз. В конечном итоге многое будет зависеть и от управленческих компетенций самого российского менеджмента, гибкости и эффективности в принятии решений, умения ассимилироваться в контекстах других стран и оперативно «выстраивать мосты» с новыми партнерами России из Латинской Америки и Азии.

Елена Шмелева, «РоссийскаяБизнес-газета» №962 (33)

Поделиться публикацией:
Химия без вреда

Почему в России экологичную бытовую химию производят лишь единицы

Российская розница на экспорт

В приоритете - Китай

Пять ТЦ, куда ходят не только за покупками

В новых концепциях - фокус на развлечения

Время быстрых решенийГосподдержка малого бизнеса, Бизнес