22 июля 2009, 00:00 4722 просмотра

Тень "Черкизона"

 29 июня исполнительная власть России приняла самое крупное регуляторное решение в области малого бизнеса и теневой экономики по меньшей мере за последние десять лет. Спецоперация против Черкизовского рынка показывает, насколько серьезны заблуждения властей о роли теневой экономики в народном хозяйстве России. Черкизовский рынок, расположенный на северо-востоке Москвы, власти разного масштаба пытались закрыть так долго, что, когда в начале июня Владимир Путин на заседании президиума правительства с видимым раздражением интересовался, почему уголовные дела в отношении крупной партии контрабанды, арестованной "на одном из рынков Москвы", не приводят к "посадкам", на это практически никто не обратил внимания. Контейнеры на Черкизовском были арестованы и опечатаны еще осенью 2008 года — под предлогом контрафактного происхождения находящихся в них товаров, и прокуратура, санитарные инстанции и ФТС вели вялую переписку о том, что с ними делать. Чтобы уничтожить партию, решительно не находилось денег, к тому же от нее отказались владельцы. С происхождением контрафактной продукции тоже было не все понятно. Сообщения, что она из Южной Кореи, наверняка удивили бы корейские власти: предприниматели из этой страны мало замечены в подделках брендов. Кроме того, совладелец Черкизовского рынка Тельман Исмаилов только что отпраздновал в Турции открытие своего нового отеля Mardan Palace, и поводом для недовольства Путина могло быть именно это: Исмаилов как раз заявил турецкой газете, что подал прошение о турецком гражданстве. Исмаилова тоже можно понять: его коллега по татской общине и бизнес-партнер Год Нисанов был де-факто лишен российского гражданства Верховным судом года два назад. Однако вырисовывалась становящаяся привычной картина "От премьера сбежал очередной персонаж из списка Forbes". Поговаривали и о том, что Исмаилов — слишком мелкая цель, чтобы премьер-министр метил именно в него, а вот друг бизнесмена, присутствовавший на открытии турецкого мегаотеля в разгар финансового кризиса в РФ, Путина сильно раздражает. Друга зовут Юрий Лужков. Так или иначе, но одно дело — владелец, а другое — актив: Черкизовский рынок закрывали еще в 1996 году, и с тех пор это государство в государстве продолжало здравствовать. Тем не менее 29 июня, после того как следственный комитет потребовал от Лужкова закрыть Черкизовский рынок, он именно так и сделал. Десятки тысяч торговцев и тысячи автобусов с оптовыми закупщиками одежды и обуви (это основная специальность рынка) на территорию не попали. На следующий день повторилось то же самое. Затем, когда торговцы стали отчаиваться и все более настойчиво интересоваться, при чем тут они и их товар, власти начали предъявлять претензии ко всем, кто спрашивал, что происходит. Федерация мигрантов России оценила количество рабочих мест, закрывающихся вместе с Черкизовским рынком, в 100 тыс. Учитывая, что в малом бизнесе РФ работает около 8,5 млн человек, речь идет о снижении более чем на 1% занятости в этом секторе. Атака на Черкизовский, впрочем, соответствует масштабам премьер-министра: скорее всего, 40% оборота рынка одежды в РФ, якобы приходящегося на Черкизовский рынок,— сильно завышенная оценка, но в любом случае она показывает, что происходящее — самая крупная атака на теневой сектор экономики за последнее десятилетие. Цель, разумеется, достойна. Остается лишь понять, разумна ли она. Правительства во всем мире ведут атаки на теневой бизнес — как правило, под демагогическими, популистскими и плохо продуманными лозунгами. И Россия не стала исключением. Первый заместитель генерального прокурора Александр Буксман уже в середине июня выступил с античеркизовской речью на "Первом канале". Генпрокуратура объявила Черкизовский буквально филиалом ада на территории Москвы: рынок оказался средоточием всех возможных пороков — как социальных, так и экономических: от подделки торговых марок до антисанитарии. Не забыли и о наркомании, пожарной безопасности и нелегальной миграции. Впрочем, само по себе закрытие Черкизовского рынка происходило вовсе не под флагом Уголовного кодекса. В июне судебные инстанции приостановили работу сразу нескольких юридических лиц, которые организовывали работу нескольких рынков,— АСТ, "Евразии" и других, объединенных в условный "Черкизон". Было оспорено выделение этим юрлицам, часть которых контролировалась представителями татской общины в России, земли Государственного университета физкультуры, и именно это стало основанием для закрытия рынка. В отношении бывшего руководства вуза возбуждаются дела. Впрочем, сама поспешность, с которой суды закрывали Черкизовский, равно как и слаженность действий МВД, ФМС, Роспотребнадзора и других органов власти, ранее не имевших к рынку никаких претензий, говорит не о свершившемся правосудии, а о политическом заказе. И то, что заказчиком выступает лично председатель правительства, только осложняет ситуацию. Если прокурор Буксман может ничего не знать о роли теневой экономики в народном хозяйстве, руководствуясь исключительно буквой закона, то премьеру Путину об этом должно быть известно. Не существует государств, в которых "тень" была бы побеждена сколь угодно энергичными действиями правоохранителей, и вряд ли это случайность. Итак, что же такое "Черкизон"? Если отвлечься от хлестких эпитетов, то несколько юрлиц, контролировавших десятки гектаров рынка, предоставляли территорию для работы крупнейшему торгово-логистическому центру на территории бывшего СССР. Всего в Москве 82 рынка аналогичного профиля. Черкизовский был крупнейшим, переняв во второй половине 90-х лидерство у рынка "Лужники": подобные объекты всегда тяготеют к стадионам, поскольку требуют пространства. Основным занятием работников Черкизовского рынка было обслуживание сотен тысяч мелкооптовых закупщиков товаров народного потребления для регионального сбыта. На северо-востоке Москвы они покупали, как правило, и услуги по транспортировке товара до дома. Часть продукции, предлагавшейся на Черкизовском, была импортной, преимущественно из КНР и Вьетнама, а также из СНГ (Киргизия, Казахстан), часть — российской (Подмосковье, Северный Кавказ, Центральная Россия), часть — московского производства. (Здесь же, в кустарных цехах в ангарах Черкизовского, производились и мелкие партии.) Отсюда и засилье на рынке граждан этих стран: частично это представители производителя, частично посредники. Только граждан КНР на рынке было, по оценкам китайских СМИ, около 30 тыс. Понятие "контрафактная продукция" к большинству товаров Черкизовского рынка малоприменимо: подделка марок здесь малопопулярна — это просто не нужно. Иное дело понятие контрабанды: как правило, импортные товары поставлялись сюда без уплаты таможенных пошлин. Что же касается отечественного производства, то, как и в случае с большей частью малого бизнеса РФ, налоги здесь практически не уплачивались. Не было и регистрации иностранных сотрудников на рынке, и соблюдения санитарных требований, и контроля качества, и применения контрольно-кассовых аппаратов. Черкизовский рынок, который с закрытием неизбежно расползется по территории 81 оставшегося рынка Москвы, был территорией классической теневой экономики — той ее части, которая, имея массу негативных побочных эффектов, обществу скорее полезна. Оценки масштабов теневой экономики в России проводятся чрезвычайно редко, преимущественно неформально и существенно зависят от применяемой исследователями методики. Например, Институт системных проблем исследования предпринимательства оценивал ее в 38% ВВП в 2007 году. Оценка Всемирного банка несколько выше: в сопоставимых определениях — более 40%. Так или иначе, это довольно крупный сектор экономики, получить информацию о котором сложно: теневые операции по определению скрыты от госконтроля. Отчасти они являются неформальными сделками легального сектора, отчасти — полностью неформальной деятельностью. При этом, разумеется, в теневой сектор включаются криминальная деятельность в прямом понимании — оборот, обеспечиваемый имущественными преступлениями и преступлениями против личности,— а также чрезвычайно важная для России коррупционная деятельность. Для чистой торговой и полукустарно-производственной теневой экономики в РФ остается не так уж много места: на поверку малый бизнес, не платящий налогов и не соблюдающий требований госстандарта, ориентированного с советских времен на крупное промышленное производство, в основном и сконцентрирован в области легкой промышленности. Для европейской части и юга России, как и для части Восточной Украины, всей Белоруссии и Молдавии, в меньшей степени — Киргизии, Таджикистана и Узбекистана, Черкизовский был одним из крупнейших центров такого рода бизнеса. Но степень концентрации капитала в нем чрезвычайно мала. Тельман Исмаилов и его коллеги являются повелителями и управляющими оборотов этого сектора в той же степени, в которой глава муниципального образования контролирует частную жизнь живущих в нем граждан. К тому же для Федеральной антимонопольной службы на Черкизовском работы просто нет: конкуренция в такого рода среде на порядки выше, чем в остальной экономике, поэтому рентабельность всех операций на Черкизовском, очевидно, ниже всех аналогов в легальных секторах. В отличие от более "респектабельных" частей российской теневой экономики — от оргпреступности и верховой коррупции до операций по уходу от налогов крупных предприятий — мелкий торгово-производственный бизнес в РФ политически защищен много хуже. Де-факто эта часть теневой экономики — крупнейший в стране резервуар самозанятости населения, по своему значению сравнимый с сельскими подсобными хозяйствами. Оценить, в какой степени эта самозанятость — рабочие места для граждан РФ, а в какой — для легальных и нелегальных мигрантов, к сожалению, невозможно. По крайней мере, внутри самого черкизовского сообщества торговца из Осетии или Калмыкии от торговца с Северного Казахстана или из Китая никто не отделял. Тем не менее, учитывая, что торговые места на Черкизовском рынке работали в тесной связке с такими же местами в точках конечных продаж по всей России, можно констатировать: решение правительства РФ атаковать рынок — это существенное изменение условий заработка нескольких сотен тысяч граждан РФ. Напомним, официальная безработица в РФ в июле составляет около 2 млн человек. Какой эффект может вызвать атака на сотни тысяч работников теневого сектора? Очевидно, что в условиях растущей безработицы подавляющее большинство найти себе работу в легальном секторе не сможет. Большой поддержки легальному сектору сокращение оборота в этой части теневого бизнеса также не окажет: в условиях кредитного кризиса расширение производственных мощностей легкой промышленности — задача без решения. Наконец, вся остальная теневая экономика от действий Белого дома лишь выиграет: приток бывших торговцев Черкизовского рынка в криминальный сектор ожидается уже к концу лета 2009 года. Наконец, рассчитывать на рост легальных поставок импортных одежды и обуви и рост сборов ФТС также вряд ли приходится. Прежде всего поставщики, как правило, тоже теневые: подавляющее большинство черкизовского товарного ассортимента производится китайским и вьетнамским теневым бизнесом. Немаловажно и то, что беспошлинное преодоление таможенного барьера невозможно без коррупции в ФТС, нелегальных операций банковского сектора, обналички и теневого экспорта капитала. Здесь важен не столько спрос, сколько предложение, а его с закрытием Черкизовского становится только больше. Так что же стоит за рекордами, поставленными с закрытием Черкизовского рынка исполнительной властью? Скорее всего, сложный коктейль из благих намерений, экономических заблуждений и популизма: возможно, он и бодрит, но вряд ли полезен для здоровья.

Журнал «Власть»   № 28 (831) 

ДМИТРИЙ БУТРИН

Статья относится к тематикам: Актуально
Поделиться публикацией:
«Теперь мне по душе семейный бизнес»

Почему Йоханнес Толай предпочел семейный бизнес управлению гигантской сетью?

7 самых удачных сфер для малого бизнеса

Топ успешных проектов, на которых приходится пик спроса

С завода на полку: в какой упаковке сегодня заинтересованы торговые сети

Что такое SRP? Упаковка типа SRP (сокращение от англ. Shelf Ready Packaging) упаковка, обладающая либо специальной конструкцией, либо конструктивными элементами,  позволяющими обеспечить вык...

Тень "Черкизона"контрабанда, черкизовский рынок, теневая экономика, коррупция
Как продавать продукты в Рунете Решения для розничной сети
1 500 руб.
Нет в наличии
Маркетинг торговых центров
4 000 руб.
Нет в наличии
Я всегда знаю, что сказать: книга-тренинг по успешным переговорам
580 руб.
Нет в наличии
Ух ты! Сервис
650 руб.
Нет в наличии
Лидерство. (Harvard Business Review 10 лучших статей)
530 руб.
Нет в наличии